« Кунг-фу панда » ("Kung Fu Panda"), 2008
Режиссёры: Марк Осборн, Джон Стивенсон
Авторы сценария: Джонатан Эйбел, Гленн Бергер
Оператор: Йонг Дук Джун
Композиторы: Джон Пауэлл, Ханс Циммер
Продюсеры: Джонатан Эйбел, Гленн Бергер, Мелисса Кобб
Роли озвучивали: Джек Блэк, Дастин Хоффман, Анжелина Джоли, Йен Макшейн, Джеки Чан, Сет Роген, Люси Лю, Майкл Кларк Данкан, Дэн Фоглер и другие.

Если панда По спасёт Долину Мира, то кино спасёт анимация. Что собственно спасать? Кино, чай, не королевство хрустального черепа, на которое покушается панночка Спалько. Но только подумайте: в наш суровый век римейков и пародий на пародии сюжет становится той единственной пельмешкой, за которую борются, как По с Шифу, сценаристы с продюсерами, а она всё летает, выскальзывая из рук, и в конце концов победитель выбрасывает её со словами: «Я не голоден!» История — больше не основа сценария. То, что сегодня происходит с сюжетом в кино, напоминает ситуацию, как если бы в пьесе остался только список действующих лиц с кратким описанием их характеров, а вместо текста — пустота. Вот и мечутся персонажи в этой пустой конструкции с чётко очерченными с первых секунд углами и границами, которые диктуют то ли законы жанра, то ли бокс-офиса.

 

 

А современное документальное кино? Или «чудовищно красивые», выразительные кадры в стиле нэйшнл джеогрэфик и дискавери ченел, или жёсткая и порой жестокая спекуляция на тему болезни, смерти, физической и умственной неполноценности. Оттого спекуляция, что автор заведомо знает, какую эмоциональную и душевную реакцию вызовет всё происходящее на экране у зрителя, и намеренно продолжает проводить свою документальную акупунктуру на сердцах и душах зрителей, не замечая, правда, что некоторые болевые точки уже атрофировались от постоянного нажима.

Вот в этот-то момент и ждём все мы воина Дракона, коим в данном случае оказывается анимация. Единственный вид кино, где ещё есть место выдумке, изощрённой мысли и свежести идей; где дерзкие эксперименты с формой и фактурой всякий раз бросают вызов кинематографической бескрылости и поражают воображение публики. Порою задаешься вопросом, что будут делать аниматоры, когда закончатся милые и очаровательные обитатели земной фауны?

 

 

Ведь придёт же время, когда усталые пингвины, повесив степистские набойки на гвоздь, уснут на доске для сёрфинга; панды и богомолы овладеют всеми секретами кунг-фу; все обитатели нью-йоркских зоопарков наконец переселятся на Мадагаскар, да и остальная лесная братва расползётся по норам; а у Шрека ведь когда-нибудь и внуки появятся... Но не беда: вот Пиксар скоро порадует нас историей о роботе ВАЛЛ-И. И уж можно не сомневаться: мечты железного робота тронут нас ничуть не меньше грёз незабвенного повара-парижанина Реми и могучего панды По.

Чтобы не быть голословными, попробуем разгадать «тайны гармонии и внутренней концентрации» Марка Озборна и Джона Стивенсона: постараемся отыскать свежие идеи и игру воображения в панде По. Анимация в некотором смысле находится в выигрышном положении по отношению к другим видам кино: сюжет, давно заезженный в игровом кинематографе, например, о ленивом, нетренированном, но милом обжоре, который вдруг должен спасти мир, в анимации обретает новые краски благодаря тому, что главный персонаж — панда с лапами повара и душой дракона.

 

 

И дело тут не столько в обращении к «положительному имиджу» панды, который закрепился за этим симпатичным созданием в сознании обывателей, сколько в скрупулёзном использовании всех возможностей собственно фактуры неуклюжего медведя: полёты во сне и наяву шестого в «неистовой пятёрке» кунгфуиста, его искусные удары животом: « — Ты что, сядешь на меня? — Не искушай меня!» В чём свежесть, спросите? Немало ведь уже было очеловеченных животных с разными способностями и талантами, но в панде По и его приключениях есть милые сердцу зрителя динамика и пластическая изощрённость.

Речь идёт не о чудесной растяжке По, хотя она может вызвать зависть у любого атлета, готовящегося к летней Олимпиаде в Пекине, но об изобразительном решении каждого эпизода — особенно экшн-сцен. Например, схватки неистовой пятёрки с Тай Лунгом: эпизод предельно реалистичен, ты физически ощущаешь деревянную фактуру качающегося над пропастью моста, и в то же время все удары, пролёты и падения — истинные плоды анимационного мира, где все персонажи — как пластилиновые: получив сильный удар, на мгновение меняют форму, но тут же становятся такими же, как раньше, возвращаясь в исходное состояние.

 

 

То же справедливо и для сцен обучения панды По искусству кунг-фу: одна борьба за пельмешек чего стоит: ломающиеся ветки, отжимание на пальцах и ловкое владение палочками Шифу; в связи c этим можно вспомнить и эпизоды борьбы По с Тай Лунгом, и тренировок неистовой пятёрки. Возможно, единственным просчётом создателей фильма стала их полная концентрация на главном герое. Конечно, панда от этого только выиграл, но все остальные персонажи, так и не дождавшиеся должного внимания от своих мастеров, сценаристов и режиссёров, несомненно проиграли, за исключением совсем уж эпизодических героев в виде двух гусей и одного носорога, которые именно своей лаконичностью порадовали бы самого старика Станиславского.

Члены неистовой пятёрки — словно тени своих игрушечных фигурок, которые По хранит в домашней коллекции. Каждый из них — и Журавль, и Богомол, и Обезьяна, и Змея, и Анджелина Тигрица Джоли — имеет как минимум один выразительный эпизод и одну удачную реплику, но в принципе эти персонажи довольно блеклые, особенно на фоне панды и даже Угвэя, мудрого мыслителя-даоса, не знающего ответов на все вопросы, но уверенного в конечном результате всего происходящего.

 

 

Что до Шифу, то тут мы имеем дело с переселением душ. Помните, как недавно Дастин Хоффман в «Лавке чудес» уговаривал Натали Портман поверить в чудесную силу деревянного куба? Там тоже было: «Главное — поверить!» И здесь, в мире кунг-фу, лапши и пельменей главное — поверить; и Шифу в оригинале говорит голосом Хоффмана.

Шифу, несмотря на все визуальные отсылки к учителю Йоде — классический мастер кунг-фу из шаолиньских боевиков. Не у него ли брал уроки мастерства Пай Мэй? Помните, как он у голодной Умы Турман выбил из рук тарелку с рисом? Наверняка у Шифу научился такой методике.

 

 

Вообще, глядя на Панду, как тут не вспомнить монолог Билла о супергероях: кто ими рождается, а кто становится… Интересно, а По родился героем или стал им? «Случайностей не бывает», — говорит нам Угвэй. Но тут уж, кто во что верит: кто — в кунг-фу, а кто — в его весёлую пародийную копию у панды По, или в его весёлую и чуть-чуть серьёзную пародийную копию у Тарантино.

Главное достоинство комедийного мультбоевика в том, что экшн в нём увлекательный, а шутки — по-настоящему смешные. И графика радует глаз. В общем, нам повезло с Пандой, а ему — с нами и пельменями.

«Никто не моет подмышки в озере святых слёз». Никто, кроме создателей фильма, купающихся в слезах плачущих от смеха зрителей. Сколько студии «Дримворкс» понадобится времени, чтобы приготовить для нас новую порцию вкусных анимационных пельменей? Они могут не торопиться. Мы — терпеливые зрители. Тем более, что «Пиксар» вот-вот преподнесёт нам своё новое блюдо от шефа Эндрю Стэнтона.

Все любят гипно-панду, кунг-фу и пельмени.

 

 

Отдельному обсуждению, как всегда в подобных случаях, подлежит локализация мультфильма. К счастью, отечественное подразделение «Юнивёрсала» нынче традиционно не пользуется убогими поделками в стиле «озвучено профессиональными актёрами», так что за текстуальную составляющую можно не беспокоиться, ни одна звучащая в оригинале шутка не останется без своего надлежащего переложения на русские языковые рельсы.

Михаил же Галустян, призванный переозвучить великого и ужасного Джека Блэка в роли панды, не уходя далеко от своеобычной манеры сумел создать очень похожий и живой неуклюжий меховой образ будущего воина Дракона: дурашливый, лёгкий, наивный и совсем не героический звуковой портрет, предельно далёкий от традиционной натужности отечественного дубляжа и очень удачно лёгший на анимационную основу.

 

 

Одновременно остальные персонажи, и без того пострадавшие от рук сценаристов, не дающих толком развернуться боевой пятёрке, стали в нашем дубляже ещё более фоновыми. Ни Анне Семенович, ни Алисе Гребенщиковой, ни даже Илье Лагутенко не удалось сделать свои аудио-партии выразительными, да и расхваленная пресс-релизами финальная песня последнего как-то не вызвала особого ажиотажа в зале. А вот лаконизм озвучки учителя Угвэя как раз пошёл тому даже на пользу, сосредоточив внимание на его стариковско-черепашьей мимике, феноменальной по своей сдержанности и простоте.

Главное, чем порадовала локализация — отсутствием в ней своеобычного надрыва, главной причины общественного раздражения. А значит — ничто уже не помешает зрителю получить удовольствие от мультфильма.