Откуда на нашем ТВ столько глупости и пошлости?

09.12.2008 0 Автор Promo
\"alt\"
— Крови? Ну многовато, да. — Телебоссы нагло так смотрят в лицо зрителю во время интервью. И тут же начинают перечислять «хорошие» программы своего канала. Но при этом, конечно, они же критики не чужды, охотно признают, что «далеко-далеко в горах», ну в смысле на других каналах, цветет чернуха буйным цветом, и никуда от нее простому человеку не деться… Ай-ай, как плохо… Но кто же в одиночку с этим сможет бороться? Точно не я… Хотя, конечно, крови многовато.

\"alt\"
— Крови? Ну многовато, да. — Телебоссы нагло так смотрят в лицо зрителю во время интервью. И тут же начинают перечислять «хорошие» программы своего канала. Но при этом, конечно, они же критики не чужды, охотно признают, что «далеко-далеко в горах», ну в смысле на других каналах, цветет чернуха буйным цветом, и никуда от нее простому человеку не деться… Ай-ай, как плохо… Но кто же в одиночку с этим сможет бороться? Точно не я… Хотя, конечно, крови многовато.

Как мы дошли до такого ТВ и что с ним и с нами дальше будет?

Программу передач советского ТВ сейчас, конечно, смешно читать. Один фильм в день, один эстрадный концерт в неделю, новости. Что еще? Днем образовательные программы, «Сельский час». Футбол или хоккей — праздник настоящий! Но очень уж редко. Это все еще помнят. Скудно по нынешним временам? Конечно. Но почему-то то ТВ все чаще вспоминают с ностальгией. Раньше, понятно, все было лучше. Знакомый синдром. Но, может, было там что-то, чего нет сейчас?

Язык

Начнем с языка. За десятилетия (!) мат с экрана звучал два-три раза (!). И то во время спортивных трансляций. Все случаи запротоколированы народной молвой и давно стали легендой. «Дроздецкий! Удар — го-о-ол! Бл.., штанга!» — это Николай Озеров.

В остальном дикторы были безупречны. И даже оговорки Игоря Кириллова в программе «Время» в утреннем повторе (!) выпуска новостей неизменно исчезали. Ясно было, что никто не скажет ничего лишнего. И лишнего, конечно же, не ждали. У русского языка был образец. Было даже такое понятие — «говорить, как в телевизоре».

Сегодня, конечно, такого нет, да и быть не может. Новостники канала НТВ раз и навсегда унаследовали парфеновскую интонацию — с растягиванием значимых слов в конце предложения. На Первом говорят не так, как на «России». Ведущие утренних программ — не так, как дневных или вечерних… И это само по себе замечательно. Телеязык перестал быть эталоном. Но в отсутствие других ориентиров в обществе эталон исчез вовсе. Тут уже можно ставить разные оценки, но всех собак вешать на телевизор, мягко говоря, несправедливо.

Другой вопрос, что запретных слов и выражений в языке практически не осталось. За язык отвечает только внутренняя цензура говорящего. И еще — его образованность. А дальше уж выбирайте сами, на кого ориентироваться. Кто-то возьмет за образец «распутинский» язык Геннадия Малахова. Кто-то карнавальный языковой взрыв Тины Канделаки или Андрея Малахова. Молодежь пытается говорить на волне Comedy Club… Как бы ты ни говорил, ты говоришь, как кто-то на ТВ. Потому что ТВ научилось говорить как угодно…

Табу

В советских мультиках не ругались и не убивали. Только в одном произведении «Союзмультфильма», похоже, кто-то умер. Кажется, собака у мальчика… Весь фильм был посвящен решению проблемы… Больше «ужастиков» и вспомнить нельзя. Невероятный успех «Ну, погоди!» во многом объяснялся тем, что на экране шла драка между Волком и Зайцем. Нынешние дети этого даже и не заметят…

В кино тоже погибали те, кто нужно, как нужно и когда нужно. Худсоветы это делали или режиссеры со сценаристами сами понимали, что можно, а чего нельзя, — какая разница? Любой продукт, попадавший на ТВ, проходил проверку.

Что сейчас нельзя показывать? Четких правил практически нет. С эротикой и пивной рекламой все понятно. А как ограничишь количество трупов, скажем, в сериалах? Нужно мне по сюжету уничтожить население небольшого городка — ну и кто меня остановит? Хочется поведать вам об изменах и романах такой-то звезды кино и ТВ с пикантными подробностями и хамскими предположениями — что вы со мной сделаете? Суд? Ну разве что… Хотя вряд ли. Тем более что чаще всего звезда и сама не против рекламы.

Известный продюсер, президент СТС-Медиа Александр Роднянский, в интервью заявил, что наше телесообщество обладает достойной внутренней цензурой и внутри себя очень даже здорово. То есть нашим ТВ занимаются не маньяки, жаждущие крови и насилия, а вменяемые, образованные, интеллигентные профессионалы. Допустим. Но тогда только представьте себе, что показывал бы ящик, если бы это самое сообщество было больным…

Норма поведения

При всех многочисленных недостатках советского ТВ было понятно, что нормальный человек — это тот, кто нормально говорит, никого не убивает, не избавляется от детей и надоедливых родственников, не грабит и не насилует. Все это прямым текстом не говорилось. Как-то из контекста было понятно. Больше ли от этого становилось нормальных людей, как сейчас принято говорить, «в реале», неизвестно. Но норма была очевидна.

Среднестатистический герой сегодняшнего ТВ — редкая свoлочь… Он начинает с того, что легонько бьет кого-то по голове в программе «Доброе утро» или просто тащит кошелек. Потом ему выносят несколько приговоров сразу в нескольких судебных шоу. В «Пусть говорят» он в лучшем случае совратил десяток несовершеннолетних, кого-нибудь довел до самоубийства или просто убил. В новостях он закрывает лицо под восторженный комментарий журналиста о подробностях его очередного кровавого преступления. Это реальный герой. Или сыгранный кем-то за реального героя. Подонков и негодяев всегда было много. Но сейчас какой канал ни включишь — вот он, голубчик!

Нас много лет учила никому не верить сама жизнь. Потом, после эффективного курса, за то же самое взялось ТВ. На одну нормальную историю — десяток ужастиков. И ведь не придерешься — все правда. Есть такое? Есть. Авторы и «гости в студии» осуждают? Осуждают! Чего же еще-то надо? Да уже ничего…

Просто норма — это то, чего больше. И если за день показать десять насильников и один одуванчик — у одуванчика нет шансов…

Павел Садков